Статья опубликована: Вестник национального исследовательского института культурного наследия. 2025. № 3 (7). С. 109-133.
Шишова Оксана Павловна
Специалист Высшей школы права, Югорский государственный университет, Ханты-Мансийск, РФ.
E-mail: op.shishova@gmail.com
SPIN-код РИНЦ: 4317-1177
ORCID: 0009-0003-0828-4765
Аннотация
В настоящей статье автор проанализировал основные показатели состояния преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, что позволило констатировать, что для данных преступлений характерен крайне низкий уровень раскрываемости и удельный вес уголовных дел и материалов, находящихся в производстве. Указанное обусловлено сложностью конструкций соответствующих составов преступлений, прежде всего их бланкетностью, а также объективными трудностями и субъективными факторами, определяющими низкую эффективность деятельности правоохранительных органов по раскрытию данных преступлений и привлечению виновных к ответственности. Учитывая значимость культурного наследия для общества, установление реального состояния преступных посягательств на объекты культурного наследия позволяет оценить масштабы и разнообразие криминальных угроз культурному наследию, выработать эффективные криминологические, уголовно-правовые и иные меры защиты культурного наследия от криминальных угроз.
Ключевые слова
Объект культурного наследия, уголовно-правовая охрана, преступление, латентность, охрана памятников истории и культуры.
Введение
Преступность, имея биосоциальную природу, подвержена законам развития общества и влиянию различных процессов социального, экономического, политического и иного характера, происходящих в нем. Учитывая указанное и такие ее системные свойства как самодетерминация и самовоспроизводство, изучение преступности необходимо осуществлять с учетом динамики социального развития.
Криминологическая характеристика предполагает установление в целях научного анализа системы общих для того или иного вида преступлений признаков. Научное знание о данных признаках позволяет получить комплексное представление об изучаемом виде преступлений и криминологически значимых явлениях и процессах, его детерминирующих, что является необходимой предпосылкой криминологического обеспечения противодействия преступности.
Отдельную группу указанной системы признаков составляют показатели состояния преступности, основными из которых являются уровень, динамика и параметры латентности преступлений того или иного вида, а также количественные и качественные характеристик лиц, их совершивших.
Рамках настоящей статьи проанализированы основные преступления, посягающие на объекты культурного наследия:
Состояние преступлений, посягающих на объекты культурного наследия: общая характеристика
Рассматривая вопрос оценки состояния преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, необходимо начать с показателя удельного веса данных преступлений в структуре преступности в стране. Обозначенный показатель является незначительным. Однако данный факт не снижает общественной опасности данных преступлений и актуальности поиска эффективных мер их предупреждения. Как справедливо указывает Н.Н. Мельниченко, «несмотря на незначительный удельный вес, указанные посягательства причиняют невосполнимый урон духовно-нравственной сфере жизнедеятельности общества и государства. Они уничтожают культурное наследие, разрушают культурное достояние народов РФ, тем самым подрывают идеологическую основу российской государственности, базирующуюся на общности истории и культур народов, населяющих Россию». Кроме того, согласно статистическим данным, удельный вес преступлений, посягающих на объекты культурного наследия (ст.ст. 243, 243.1 УК РФ), увеличивается (рисунок 1). В 2024 году по сравнению с 2015 годом вырос более чем вдвое.
Учитывая указанный ранее динамический характер существования преступности, оценку состояния преступности необходимо осуществлять с учетом ее динамики. Анализ состояния преступности с учетом динамки позволяет путем установления изменений ее качественных и количественных характеристик выявить уровень и пики их колебаний, структурные и прочие изменения и закономерности развития.
Что касается уничтожения или повреждения объектов культурного наследия, выявленных объектов культурного наследия, природных комплексов, объектов, взятых под охрану государства, или культурных ценностей (ст. 243 УК РФ), то согласно статистическим данным, количество указанных преступлений, уголовные дела и материалы о которых находились в производстве на начало года или зарегистрированы в отчетном периоде, увеличилось за последние 11 лет на 31% (рисунок 2). Что касается нарушения требований сохранения или использования объектов культурного наследия, выявленных объектов культурного наследия (ст. 243.1 УК РФ), то прирост данных преступлений составил 1000% (рисунок 2).
Таким образом, несмотря на невысокие показатели регистрации, свидетельствующие скорее всего о высоком уровне латентности, имеет место стабильный существенный рост уровня нарушений требований сохранения или использования объектов культурного наследия.
Рассматривая показатели состояния уничтожения или повреждения объектов культурного наследия (ст. 243 УК РФ), следует учитывать уровень преступлений, регистрируемых непосредственно в отчетном периоде. Прирост регистрируемых преступлений составил 24%, что указывает на то, что 20% прироста данных преступлений за анализируемый период (рисунок 3) приходится на ранее зарегистрированные преступления, в том числе преступления прошлых лет. Относительно нарушения требований сохранения или использования объектов культурного наследия (ст. 243.1 УК РФ) следует отметить, что удельный вес преступлений, регистрируемых в отчетном периоде от всех преступлений увеличился до 80% (рисунок 3).
Как подчеркивает И.А. Халиков, “расследование преступлений в отношении исторического и культурного наследия обладает своей спецификой. Конструкции соответствующих составов преступления сложны, они насыщены бланкетными признаками. Таким образом, для должного и, главное, эффективного противодействия их совершению необходимы специалисты, владеющие соответствующими следственными методиками”.
На имеющие сегодня место недостатки в организации и методиках расследования преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, указывают статистические показатели уровня их расследования.
Так, показатель удельного веса предварительно расследованных преступлений, предусмотренных статей 243 УК РФ, от всех преступлений, находится на крайне низком уровне. За весь анализируемый период предварительно расследовано всего 16% преступлений, уголовные дела и материалы по которым находились в производстве (рисунок 4). Аналогичная ситуация имеет место и в случае расследования нарушения требований сохранения или использования объектов культурного наследия (статья 243.1 УК РФ) – удельный вес предварительно расследованных преступлений (рисунок 4) за весь анализируемый период также всего 15% преступлений.
Учитывая приведенные статистические данные, следует согласиться с тем, что введенная в УК РФ Федеральным законом от 23 июля 2013 г. № 245-ФЗ статья 243.1 соответствующих уголовно-политических ожиданий не оправдала. Что, как справедливо отмечает В.А. Никулина, “свидетельствует не столько о благополучии с охраной объектов культурного наследия, сколько о неэффективности введенного законодателем механизма уголовной ответственности”. Данное положение дел кроме несовершенства уголовно-правового запрета связано также с трудностями выявления и расследования анализируемого преступления.
Реальное количество совершаемых посягательства на объекты культурного наследия, как отмечает Е.Д. Болотова, значительно выше того, что отражено в официальной статистике, ввиду определенных сложностей, связанных с выявлением данных преступлений. И особенно это касается преступлений, посягающих на объекты археологического наследия.
Исходя из количества выявленных лиц, совершивших уничтожение или повреждение объектов культурного наследия (ст. 234 УК РФ), всего за исследуемый период уровень выявленных лиц, совершивших преступление, составил 17% (рисунок 5). Учитывая совершение преступления в соучастии, данный показатель еще ниже. Относительно нарушения требований сохранения или использования объектов культурного наследия (ст. 234.1 УК РФ) показатель составил 13%.
Относительно уничтожения или повреждения объектов культурного наследия (рисунок 6) за весь анализируемый период расследование всего лишь 9% преступлений, предусмотренных статьей 243 УК РФ, закончилось направлением уголовных дел и материалов в суд обвинительным заключением, обвинительным актом, обвинительным постановлением. Что касается расследования нарушения требований сохранения или использования объектов культурного наследия, то удельный вес преступлений, предусмотренных статьей 243.1 УК РФ, уголовные дела и материалы о которых направлены в суд - 4%.
Указанное подтверждает вывод о несовершенстве уголовно-правовой нормы, устанавливающей ответственность за данное деяние, и практики ее реализации.
Проведенный анализ основных показателей состояния преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, позволяет констатировать, что для данных преступлений характерным является крайне низкий уровень раскрываемости (предварительно расследовано 16%, выявлено лиц по 16% преступлениям) и удельный вес уголовных дел и материалов, находящихся в производстве, направляемых в суд с обвинительным заключением, обвинительным актом, обвинительным постановлением (9%).
Анализ статистических данных позволяет установить характеристику личности преступников, совершающих посягательства на объекты культурного наследия. Стоит отметить, что в силу несовершенства форм государственного статистического учета преступлений, статистическая отчетность содержит информацию лишь по характеристике выявленных лиц, совершивших преступление, предусмотренное статьей 243 УК РФ, соответственно, данные о лицах, совершивших преступление, предусмотренное статьей 243.1 УК РФ, отсутствуют.
Исходя из имеющихся статистических данных можем констатировать, что преступления, посягающие на объекты культурного наследия, совершают лица различных возрастных категорий от 16 до 50 лет и старше. При этом преобладают лица в возрасте 30-49 лет (рисунок 7).
Большинство лиц, совершающих исследуемые преступления, являются лицами в возрасте 30 лет и старше, что обусловлено спецификой общественных отношений по охране объектов культурного наследия и их участников. Полученные данные указывают на то, что анализируемые преступления преимущественно носят не ситуативный характер, обусловленный хулиганскими, экстремистскими и иными подобными мотивами, а имеют преимущественно корыстную мотивацию и направленность.
Необходимо отметить, что анализ статистических данных Судебного департамента при Верховном Суде РФ показал также, что среди осужденных по ст. 243 УК РФ преобладают лица в возрасте 30-49 лет – 43% (рисунок 8).
Более значительная доля по сравнению с группой выявленных лиц, совершивших преступление, среди осужденных лиц связана с тем, что процесс доказывания по преступлениям, посягающим на объекты культурного наследия, имеющим ситуативный характер, обусловленный хулиганскими, экстремистскими и иными подобными мотивами, является более простым и успешным по сравнению с преступлениями, совершаемыми лицами непосредственно причастными к сфере охраны объектов культурного наследия.
Большинство лиц, совершающих преступления, посягающие на объекты культурного наследия, в частности их уничтожение и повреждение, мужского пола (рисунок 9). Указанное обусловлено, с одной стороны, преобладаем мужчин среди преступников в целом, с другой стороны, спецификой общественных отношений в сфере охраны объектов культурного наследия, определяющей вовлечение преимущественно лиц мужского пола как сособственников соответствующих объектов недвижимости, так и лиц, осуществляющих строительные, ремонтные работы и т.п.
Отличительной особенностью личности преступника, совершающего преступления, посягающие на объекты культурного наследия, в частности их уничтожение и повреждение, является высокий (по сравнению с общей массой преступников) образовательный уровень. Так, большинство преступников имеют высшее профессиональное образование (рисунок 10).
Данная характеристика образовательного уровня преступников подтверждает вывод о их преимущественной вовлеченности в сферу охраны объектов культурного наследия в связи со статусом собственника недвижимости либо в связи с профессиональной деятельностью, что непосредственно связано с уровнем образования лица и видом его деятельности.
В то же время анализ статистических данных о роде занятий лиц, совершивших уничтожение или повреждение объектов культурного наследия (рисунок 11), показал, что основную категорию преступников составляют лица без постоянного источника дохода.
Анализ статистических данных Судебного департамента при Верховном Суде РФ о лицах, осужденных по статье 243 УК РФ, показывает несколько иную дифференциацию преступников в зависимости от рода занятий, лидирующую позицию занимают трудоспособные лица без постоянного источника дохода.
Указанное расхождение дифференциации преступников в зависимости от рода занятий в статистических данных по выявленным лицам и осужденным, на наш взгляд, возможно объяснить спецификой формирования первичного учета выявленных лиц, совершивших преступление. В последующем по мере расследования преступления данные о личности преступника конкретизируются, в том числе и в части рода его занятий. Что же касается преобладания такой категории, как “лица без постоянного источника дохода”, то в силу ограниченного содержания соответствующих форм статистического учета в части вариативности описания рода деятельности под данную категорию подпадают все лица, не соответствующие иным категориям, представленным в них.
Также следует учитывать, что до суда доходят, в первую очередь, дела о ситуативно совершенных преступлениях, посягающих на объекты культурного наследия, совершение которых как раз и характерно для лиц с низким образовательным уровнем и социальным статусом.
Рассматривая характеристику выявленных лиц, отметим, что практически все преступники, совершающие преступления, посягающие на объекты культурного наследия, в частности их уничтожение и повреждение, являются гражданами РФ. Лишь в 2020 году выявлены 2 лица из числа граждан других государств и лиц без гражданства.
Примечательно, что оценка состояния лица в момент совершения уничтожения или повреждения объекта культурного наследия показала, что только шестая часть лиц находились в состоянии опьянения (рисунок 12). Указанное подтверждает вывод о незначительной доли ситуативных преступлений, посягающих на объекты культурного наследия.
В качестве одной из уголовно-правовых характеристик личности преступника выступает наличие у лица опыта преступной деятельности, что существенным образом характеризует степень и направленность криминальной деформации личности.
Анализ сведений о лицах, совершивших преступление, предусмотренное статьей 243 УК РФ, позволил установить, что чуть менее одной трети преступников ранее совершали преступление. При этом удельный вес таких лиц постепенно возрастает (рисунок 13).
Как показало исследование материалов уголовных дел, во всех случаях имеет место общий рецидив преступлений. Наличие рецидива характерно преимущественно для лиц, совершающих ситуативные, обусловленные хулиганскими, экстремистскими и иными подобными мотивами посягательства на объекты культурного наследия, в частности их уничтожение или повреждение.
Статистические данные Судебного департамента при Верховном Суде РФ о лицах, осужденных за уничтожение или повреждение объектов культурного наследия, указывают, что данное преступление совершают преимущественно лица из числа постоянных жителей данной местности (рисунок 14).
Согласно имеющейся статистике результатов расследования преступлений каждое третье преступное посягательство на объекты культурного наследия совершается в общественных местах, в том числе на улицах, площадях, в парках, скверах.
Анализ статистических данных показал, что для преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, характерным является совершение их единолично. Статистика не отражает ни одного случая совершения анализируемого преступления организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией) (рисунок 15).
Для совершения преступления группой типичным является повреждение объекта культурного наследия из корыстных или хулиганских побуждений.
Учитывая специфику сферы охраны культурного наследия, есть все основания утверждать о высоком уровне латентности группового и тем более в организованных формах совершения преступлений, посягающих на объекты культурного наследия. Если говорить не о ситуативном совершении данных преступлений, а заранее планируемых посягательствах в отношении ценных объектов недвижимости, являющихся памятниками культурного наследия, то для совершения такого рода преступлений их организаторы могут вступать в преступный сговор с непосредственными исполнителями, должностными лицами, представителями правоохранительных органов.
Отдельного рассмотрения заслуживает такая характеристика состояния преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, как уровень судимости.
Анализ статистических данных Судебного департамента при Верховном Суде РФ показал, что за период с 2014 года по 2024 год из 175 лиц, выявленных по преступлениям, предусмотренным ст. 243 и ст. 243.1 УК РФ, осуждено 38%. Относительно всех преступлений, уголовные дела, и материалы по которым находились в течении данного периода в производстве следственных органов, не учитывая группового совершения преступлений, преступники несут заслуженное наказание не более чем в 6% случаев.
Из всего спектра преступных посягательств на объекты культурного наследия преимущественно осуждаются лица, совершившие преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 243 УК РФ, т.е. уничтожение или повреждение объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, включенных в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, выявленных объектов культурного наследия, природных комплексов, объектов, взятых под охрану государства, или культурных ценностей (рисунок 16). Каждый четвертый преступник осуждается за совершение квалифицированного вида данного преступления. Такое соотношение осужденных лиц объективно обусловлено, в частности, степенью распространенности особо ценных объектов культурного наследия и иных объектов, являющихся предметом данного преступления, и повышенным вниманием к их охране.
В то же время следует отметить отсутствие в статистической отчетности судебных органов данных о лицах, осужденных по статье 243.1 УК РФ (лишь за 2024 год содержатся сведения об осуждении одного лица). При этом отсутствие указанных данных не свидетельствует о фактическом отсутствии таких лиц. Это существенно усложняет объективную криминологическую оценку состояния преступлений, посягающих на объекты культурного наследия. Такая ситуация обусловлена спецификой методик и инструментов формирования статистики Судебного департамента при Верховном Суде РФ, в соответствии с которыми учет статистических данных о лицах, осужденных по всем составам УК РФ, осуществляется по наиболее тяжкому преступлению.
Наряду с приведенными характеристиками преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, исследование материалов уголовных дел позволило установить следующие данные о видах объектов культурного наследия, способах и последствиях посягательств на них, а также лицах, совершающих данные посягательства. Соотношение видов объектов культурного наследия, способов посягательств на них, характеристик лиц их осуществляющих и мотивации преступного поведения позволяют выделить отдельные виды исследуемых преступлений, что дает возможность с учетом факторов детерминации дифференцировать меры их предупреждения.
В преимущественном большинстве случаев имеет место посягательство объекты культурного наследия регионального значения (рисунок 17) и на такой вид объектов культурного наследия, как памятник, а в каждом десятом случае вред причиняется ансамблям (рисунок 18).
Большинство преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, совершаются в крупных городах. Данный факт обусловлен концентрацией объектов культурного наследия в крупных городах с большим числом населения. Для сельской местности более характерно посягательство на объекты археологического наследия и выявленные объекты культурного наследия.
В большинстве случаев в результате преступного посягательства имеет место повреждение объекта культурного наследия, реже имеет место уничтожение объекта культурного наследия (рисунок 19).
Характер наступивших в результате совершения преступления последствий определяется тем, что в большинстве случаев имеет место порча фасада, декоративных элементов здания, уничтожение, повреждение культурного слоя либо снос, обрушение здания или его реконструкция, перепланировка.
Указанные последствия наступают преимущественно в результате хулиганских действий, вандализма, а также производства земельных или строительных работ, в том числе ремонтных работ и иных действий.
Возможно выделить следующие основные категории субъектов совершения преступлений, посягающих на объекты культурного наследия:
1) собственник, иной владелец объекта культурного наследия, их представители;
2) лицо, осуществляющее профессиональную деятельность (строительство, реставрацию, земляные работы и пр.);
3) представители органов публичной власти, в том числе органов охраны объектов культурного наследия;
4) иные лица, не вовлеченные в сферу охраны объектов культурного.
Выявление категорий преступников с учетом дифференциации их преступной деятельности в зависимости от предмета и способа преступного посягательства указывает на необходимость выделения различных видов преступлений, совершаемых в отношении объектов культурного наследия, что имеет существенное значение при организации их предупреждения.
Заключение
Проведенный анализ основных показателей состояния преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, позволяет констатировать, что при увеличении показателя их регистрации и удельного веса от всех зарегистрированных преступлений, для них характерен крайне низкий уровень раскрываемости и удельный вес уголовных дел и материалов, находящихся в производстве, направляемых в суд с обвинительным заключением, обвинительным актом, обвинительным постановлением. Осуждается лишь треть выявленных лиц, совершивших преступления.
Наиболее часто преступным посягательствам подвергаются такие объекты культурного наследия, как памятники, а также объекты археологического наследия, регионального значения, расположенные в городах и мегаполисах; последствиями посягательства является повреждение объекта, а также уничтожение (утрата, повреждение) культурного слоя, наступившие в результате хулиганских действий, вандализма или производства строительных или земельных работ.
Преступления, посягающие на объекты культурного наследия, совершают лица: в возрасте 30 лет и старше; мужского пола; имеющие высшее профессиональное или среднее профессиональное образование; рабочие или лица без постоянного источника дохода; граждане РФ; жители данной местности; совершающие преступление единолично и в трезвом состоянии; каждый третий из которых ранее совершал преступление; являющиеся собственниками объекта культурного наследия (его представителем) или иные лица, обладающие признаками общего субъекта преступления; движимые корыстными мотивами или хулиганскими побуждениями.
Криминологическая практика показала, что значительная часть преступлений характеризуется высокой степенью латентности, поскольку о фактических масштабах их распространенности достоверно неизвестно ни правоохранительным органам, ни обществу. Учет латентности преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, позволяет оценить масштабы и разнообразие криминальных угроз культурному наследию.
Проблемы оценки состояния преступных посягательств на объекты культурного наследия обусловлены сложностью конструкции соответствующих составов преступлений, прежде всего их бланкетностью, объективными трудностями и субъективными факторами, определяющими низкую эффективность деятельности правоохранительных органов по раскрытию данных преступлений и привлечению виновных к ответственности, сложностью и разнообразием данных преступлений, участием в их совершении специальных субъектов, на которых возложены обязанности по охране и сохранению данных объектов; недостатками современных комплексных методик выявления и расследования данных преступлений; сложностями надлежащей правовой оценкой данных посягательств, в частности, уголовно-правовой квалификацией; несовершенством форм и методов статистического учета данных деяний.
Учитывая значимость культурного наследия для общества, установление реального состояния преступных посягательств на объекты культурного наследия позволяет оценить масштабы и разнообразие криминальных угроз культурному наследию, соответственно, выработать эффективные криминологические, уголовно-правовые и иные меры защиты культурного наследия от криминальных угроз.
Список литературы
1.Игнатов А.Н. Об уровне преступности и деятельности правоохранительных органов. Часть 1 // Криминология: вчера, сегодня, завтра. Журнал Санкт-Петербургского международного криминологического клуба. 2012. № 2 (27). С. 48-59.
2.Игнатов А.Н. Об уровне преступности и деятельности правоохранительных органов. Часть 2 // Криминология: вчера, сегодня, завтра. Журнал Санкт-Петербургского международного криминологического клуба. 2013. № 1 (28). С. 92-97.
3.Игнатов А.Н. О биосоциальной природе преступности // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 14. Право. 2016. Выпуск 1. С. 63-73.
4.Игнатов А.Н. Механизмы образования латентной преступности // Уголовная политика и культура противодействия преступности. Материалы Международной научно-практической конференции. Редколлегия: А.Л. Осипенко, К.В. Вишневецкий, В.С. Соловьев [и др.]. Краснодар, 2022. С. 25-32.
5.Игнатов А.Н. Преступность как система // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2024. № 9. С. 97-104.
6.Кургузкина Е.Б. К вопросу о криминологической характеристике преступности // Научный портал МВД России. 2008. № 2. С. 55-59.
7.Никулина В.А. Особенности объекта и предмета преступления, предусмотренного статьей 243.1 УК РФ // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Право. 2022. № 3 (50). С. 340.
8.Новикова Ю.В. Роль криминологической характеристики преступлений в борьбе с преступностью // Право и безопасность. 2009. № 4 (33).
9.Фомин С.А. Криминологические характеристики преступности и основные показатели характеристик преступности, ее отдельных групп и видов на современном этапе // Вестник Сибирского юридического института МВД России. 2018. № 1 (30). С. 94-103.
10.Шишова О.П. О проблемах оценки состояния преступных посягательств на объекты культурного наследия // Проблемы борьбы с преступностью и подготовки кадров для правоохранительных органов: тезисы докладов международной научно-практической конференции. Минск, 18-19 апреля 2024 г. Академия МВД. 2024. С. 183-184.
11.Ястребов В.Б. К вопросу о понятии криминологической характеристики преступлений // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 37. М., 1982.
Специалист Высшей школы права, Югорский государственный университет, Ханты-Мансийск, РФ.
E-mail: op.shishova@gmail.com
SPIN-код РИНЦ: 4317-1177
ORCID: 0009-0003-0828-4765
Аннотация
В настоящей статье автор проанализировал основные показатели состояния преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, что позволило констатировать, что для данных преступлений характерен крайне низкий уровень раскрываемости и удельный вес уголовных дел и материалов, находящихся в производстве. Указанное обусловлено сложностью конструкций соответствующих составов преступлений, прежде всего их бланкетностью, а также объективными трудностями и субъективными факторами, определяющими низкую эффективность деятельности правоохранительных органов по раскрытию данных преступлений и привлечению виновных к ответственности. Учитывая значимость культурного наследия для общества, установление реального состояния преступных посягательств на объекты культурного наследия позволяет оценить масштабы и разнообразие криминальных угроз культурному наследию, выработать эффективные криминологические, уголовно-правовые и иные меры защиты культурного наследия от криминальных угроз.
Ключевые слова
Объект культурного наследия, уголовно-правовая охрана, преступление, латентность, охрана памятников истории и культуры.
Введение
Преступность, имея биосоциальную природу, подвержена законам развития общества и влиянию различных процессов социального, экономического, политического и иного характера, происходящих в нем. Учитывая указанное и такие ее системные свойства как самодетерминация и самовоспроизводство, изучение преступности необходимо осуществлять с учетом динамики социального развития.
Криминологическая характеристика предполагает установление в целях научного анализа системы общих для того или иного вида преступлений признаков. Научное знание о данных признаках позволяет получить комплексное представление об изучаемом виде преступлений и криминологически значимых явлениях и процессах, его детерминирующих, что является необходимой предпосылкой криминологического обеспечения противодействия преступности.
Отдельную группу указанной системы признаков составляют показатели состояния преступности, основными из которых являются уровень, динамика и параметры латентности преступлений того или иного вида, а также количественные и качественные характеристик лиц, их совершивших.
Рамках настоящей статьи проанализированы основные преступления, посягающие на объекты культурного наследия:
- уничтожение или повреждение объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, включенных в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, выявленных объектов культурного наследия, природных комплексов, объектов, взятых под охрану государства, или культурных ценностей (ч. 1 ст. 243 УК РФ);
- уничтожение или повреждение особо ценных объектов культурного наследия народов Российской Федерации, объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, включенных в Список всемирного наследия, историко-культурных заповедников или музеев-заповедников либо в отношении объектов археологического наследия, включенных в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, или выявленных объектов археологического наследия (ч. 2 ст. 243 УК РФ);
- нарушение требований сохранения или использования объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, включенных в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, либо выявленных объектов культурного наследия, повлекшее по неосторожности их уничтожение или повреждение в крупном размере (ст. 243.1).
Состояние преступлений, посягающих на объекты культурного наследия: общая характеристика
Рассматривая вопрос оценки состояния преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, необходимо начать с показателя удельного веса данных преступлений в структуре преступности в стране. Обозначенный показатель является незначительным. Однако данный факт не снижает общественной опасности данных преступлений и актуальности поиска эффективных мер их предупреждения. Как справедливо указывает Н.Н. Мельниченко, «несмотря на незначительный удельный вес, указанные посягательства причиняют невосполнимый урон духовно-нравственной сфере жизнедеятельности общества и государства. Они уничтожают культурное наследие, разрушают культурное достояние народов РФ, тем самым подрывают идеологическую основу российской государственности, базирующуюся на общности истории и культур народов, населяющих Россию». Кроме того, согласно статистическим данным, удельный вес преступлений, посягающих на объекты культурного наследия (ст.ст. 243, 243.1 УК РФ), увеличивается (рисунок 1). В 2024 году по сравнению с 2015 годом вырос более чем вдвое.
Учитывая указанный ранее динамический характер существования преступности, оценку состояния преступности необходимо осуществлять с учетом ее динамики. Анализ состояния преступности с учетом динамки позволяет путем установления изменений ее качественных и количественных характеристик выявить уровень и пики их колебаний, структурные и прочие изменения и закономерности развития.
Что касается уничтожения или повреждения объектов культурного наследия, выявленных объектов культурного наследия, природных комплексов, объектов, взятых под охрану государства, или культурных ценностей (ст. 243 УК РФ), то согласно статистическим данным, количество указанных преступлений, уголовные дела и материалы о которых находились в производстве на начало года или зарегистрированы в отчетном периоде, увеличилось за последние 11 лет на 31% (рисунок 2). Что касается нарушения требований сохранения или использования объектов культурного наследия, выявленных объектов культурного наследия (ст. 243.1 УК РФ), то прирост данных преступлений составил 1000% (рисунок 2).
Таким образом, несмотря на невысокие показатели регистрации, свидетельствующие скорее всего о высоком уровне латентности, имеет место стабильный существенный рост уровня нарушений требований сохранения или использования объектов культурного наследия.
Рассматривая показатели состояния уничтожения или повреждения объектов культурного наследия (ст. 243 УК РФ), следует учитывать уровень преступлений, регистрируемых непосредственно в отчетном периоде. Прирост регистрируемых преступлений составил 24%, что указывает на то, что 20% прироста данных преступлений за анализируемый период (рисунок 3) приходится на ранее зарегистрированные преступления, в том числе преступления прошлых лет. Относительно нарушения требований сохранения или использования объектов культурного наследия (ст. 243.1 УК РФ) следует отметить, что удельный вес преступлений, регистрируемых в отчетном периоде от всех преступлений увеличился до 80% (рисунок 3).
Как подчеркивает И.А. Халиков, “расследование преступлений в отношении исторического и культурного наследия обладает своей спецификой. Конструкции соответствующих составов преступления сложны, они насыщены бланкетными признаками. Таким образом, для должного и, главное, эффективного противодействия их совершению необходимы специалисты, владеющие соответствующими следственными методиками”.
На имеющие сегодня место недостатки в организации и методиках расследования преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, указывают статистические показатели уровня их расследования.
Так, показатель удельного веса предварительно расследованных преступлений, предусмотренных статей 243 УК РФ, от всех преступлений, находится на крайне низком уровне. За весь анализируемый период предварительно расследовано всего 16% преступлений, уголовные дела и материалы по которым находились в производстве (рисунок 4). Аналогичная ситуация имеет место и в случае расследования нарушения требований сохранения или использования объектов культурного наследия (статья 243.1 УК РФ) – удельный вес предварительно расследованных преступлений (рисунок 4) за весь анализируемый период также всего 15% преступлений.
Учитывая приведенные статистические данные, следует согласиться с тем, что введенная в УК РФ Федеральным законом от 23 июля 2013 г. № 245-ФЗ статья 243.1 соответствующих уголовно-политических ожиданий не оправдала. Что, как справедливо отмечает В.А. Никулина, “свидетельствует не столько о благополучии с охраной объектов культурного наследия, сколько о неэффективности введенного законодателем механизма уголовной ответственности”. Данное положение дел кроме несовершенства уголовно-правового запрета связано также с трудностями выявления и расследования анализируемого преступления.
Реальное количество совершаемых посягательства на объекты культурного наследия, как отмечает Е.Д. Болотова, значительно выше того, что отражено в официальной статистике, ввиду определенных сложностей, связанных с выявлением данных преступлений. И особенно это касается преступлений, посягающих на объекты археологического наследия.
Исходя из количества выявленных лиц, совершивших уничтожение или повреждение объектов культурного наследия (ст. 234 УК РФ), всего за исследуемый период уровень выявленных лиц, совершивших преступление, составил 17% (рисунок 5). Учитывая совершение преступления в соучастии, данный показатель еще ниже. Относительно нарушения требований сохранения или использования объектов культурного наследия (ст. 234.1 УК РФ) показатель составил 13%.
Относительно уничтожения или повреждения объектов культурного наследия (рисунок 6) за весь анализируемый период расследование всего лишь 9% преступлений, предусмотренных статьей 243 УК РФ, закончилось направлением уголовных дел и материалов в суд обвинительным заключением, обвинительным актом, обвинительным постановлением. Что касается расследования нарушения требований сохранения или использования объектов культурного наследия, то удельный вес преступлений, предусмотренных статьей 243.1 УК РФ, уголовные дела и материалы о которых направлены в суд - 4%.
Указанное подтверждает вывод о несовершенстве уголовно-правовой нормы, устанавливающей ответственность за данное деяние, и практики ее реализации.
Проведенный анализ основных показателей состояния преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, позволяет констатировать, что для данных преступлений характерным является крайне низкий уровень раскрываемости (предварительно расследовано 16%, выявлено лиц по 16% преступлениям) и удельный вес уголовных дел и материалов, находящихся в производстве, направляемых в суд с обвинительным заключением, обвинительным актом, обвинительным постановлением (9%).
Анализ статистических данных позволяет установить характеристику личности преступников, совершающих посягательства на объекты культурного наследия. Стоит отметить, что в силу несовершенства форм государственного статистического учета преступлений, статистическая отчетность содержит информацию лишь по характеристике выявленных лиц, совершивших преступление, предусмотренное статьей 243 УК РФ, соответственно, данные о лицах, совершивших преступление, предусмотренное статьей 243.1 УК РФ, отсутствуют.
Исходя из имеющихся статистических данных можем констатировать, что преступления, посягающие на объекты культурного наследия, совершают лица различных возрастных категорий от 16 до 50 лет и старше. При этом преобладают лица в возрасте 30-49 лет (рисунок 7).
Большинство лиц, совершающих исследуемые преступления, являются лицами в возрасте 30 лет и старше, что обусловлено спецификой общественных отношений по охране объектов культурного наследия и их участников. Полученные данные указывают на то, что анализируемые преступления преимущественно носят не ситуативный характер, обусловленный хулиганскими, экстремистскими и иными подобными мотивами, а имеют преимущественно корыстную мотивацию и направленность.
Необходимо отметить, что анализ статистических данных Судебного департамента при Верховном Суде РФ показал также, что среди осужденных по ст. 243 УК РФ преобладают лица в возрасте 30-49 лет – 43% (рисунок 8).
Более значительная доля по сравнению с группой выявленных лиц, совершивших преступление, среди осужденных лиц связана с тем, что процесс доказывания по преступлениям, посягающим на объекты культурного наследия, имеющим ситуативный характер, обусловленный хулиганскими, экстремистскими и иными подобными мотивами, является более простым и успешным по сравнению с преступлениями, совершаемыми лицами непосредственно причастными к сфере охраны объектов культурного наследия.
Большинство лиц, совершающих преступления, посягающие на объекты культурного наследия, в частности их уничтожение и повреждение, мужского пола (рисунок 9). Указанное обусловлено, с одной стороны, преобладаем мужчин среди преступников в целом, с другой стороны, спецификой общественных отношений в сфере охраны объектов культурного наследия, определяющей вовлечение преимущественно лиц мужского пола как сособственников соответствующих объектов недвижимости, так и лиц, осуществляющих строительные, ремонтные работы и т.п.
Отличительной особенностью личности преступника, совершающего преступления, посягающие на объекты культурного наследия, в частности их уничтожение и повреждение, является высокий (по сравнению с общей массой преступников) образовательный уровень. Так, большинство преступников имеют высшее профессиональное образование (рисунок 10).
Данная характеристика образовательного уровня преступников подтверждает вывод о их преимущественной вовлеченности в сферу охраны объектов культурного наследия в связи со статусом собственника недвижимости либо в связи с профессиональной деятельностью, что непосредственно связано с уровнем образования лица и видом его деятельности.
В то же время анализ статистических данных о роде занятий лиц, совершивших уничтожение или повреждение объектов культурного наследия (рисунок 11), показал, что основную категорию преступников составляют лица без постоянного источника дохода.
Анализ статистических данных Судебного департамента при Верховном Суде РФ о лицах, осужденных по статье 243 УК РФ, показывает несколько иную дифференциацию преступников в зависимости от рода занятий, лидирующую позицию занимают трудоспособные лица без постоянного источника дохода.
Указанное расхождение дифференциации преступников в зависимости от рода занятий в статистических данных по выявленным лицам и осужденным, на наш взгляд, возможно объяснить спецификой формирования первичного учета выявленных лиц, совершивших преступление. В последующем по мере расследования преступления данные о личности преступника конкретизируются, в том числе и в части рода его занятий. Что же касается преобладания такой категории, как “лица без постоянного источника дохода”, то в силу ограниченного содержания соответствующих форм статистического учета в части вариативности описания рода деятельности под данную категорию подпадают все лица, не соответствующие иным категориям, представленным в них.
Также следует учитывать, что до суда доходят, в первую очередь, дела о ситуативно совершенных преступлениях, посягающих на объекты культурного наследия, совершение которых как раз и характерно для лиц с низким образовательным уровнем и социальным статусом.
Рассматривая характеристику выявленных лиц, отметим, что практически все преступники, совершающие преступления, посягающие на объекты культурного наследия, в частности их уничтожение и повреждение, являются гражданами РФ. Лишь в 2020 году выявлены 2 лица из числа граждан других государств и лиц без гражданства.
Примечательно, что оценка состояния лица в момент совершения уничтожения или повреждения объекта культурного наследия показала, что только шестая часть лиц находились в состоянии опьянения (рисунок 12). Указанное подтверждает вывод о незначительной доли ситуативных преступлений, посягающих на объекты культурного наследия.
В качестве одной из уголовно-правовых характеристик личности преступника выступает наличие у лица опыта преступной деятельности, что существенным образом характеризует степень и направленность криминальной деформации личности.
Анализ сведений о лицах, совершивших преступление, предусмотренное статьей 243 УК РФ, позволил установить, что чуть менее одной трети преступников ранее совершали преступление. При этом удельный вес таких лиц постепенно возрастает (рисунок 13).
Как показало исследование материалов уголовных дел, во всех случаях имеет место общий рецидив преступлений. Наличие рецидива характерно преимущественно для лиц, совершающих ситуативные, обусловленные хулиганскими, экстремистскими и иными подобными мотивами посягательства на объекты культурного наследия, в частности их уничтожение или повреждение.
Статистические данные Судебного департамента при Верховном Суде РФ о лицах, осужденных за уничтожение или повреждение объектов культурного наследия, указывают, что данное преступление совершают преимущественно лица из числа постоянных жителей данной местности (рисунок 14).
Согласно имеющейся статистике результатов расследования преступлений каждое третье преступное посягательство на объекты культурного наследия совершается в общественных местах, в том числе на улицах, площадях, в парках, скверах.
Анализ статистических данных показал, что для преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, характерным является совершение их единолично. Статистика не отражает ни одного случая совершения анализируемого преступления организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией) (рисунок 15).
Для совершения преступления группой типичным является повреждение объекта культурного наследия из корыстных или хулиганских побуждений.
Учитывая специфику сферы охраны культурного наследия, есть все основания утверждать о высоком уровне латентности группового и тем более в организованных формах совершения преступлений, посягающих на объекты культурного наследия. Если говорить не о ситуативном совершении данных преступлений, а заранее планируемых посягательствах в отношении ценных объектов недвижимости, являющихся памятниками культурного наследия, то для совершения такого рода преступлений их организаторы могут вступать в преступный сговор с непосредственными исполнителями, должностными лицами, представителями правоохранительных органов.
Отдельного рассмотрения заслуживает такая характеристика состояния преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, как уровень судимости.
Анализ статистических данных Судебного департамента при Верховном Суде РФ показал, что за период с 2014 года по 2024 год из 175 лиц, выявленных по преступлениям, предусмотренным ст. 243 и ст. 243.1 УК РФ, осуждено 38%. Относительно всех преступлений, уголовные дела, и материалы по которым находились в течении данного периода в производстве следственных органов, не учитывая группового совершения преступлений, преступники несут заслуженное наказание не более чем в 6% случаев.
Из всего спектра преступных посягательств на объекты культурного наследия преимущественно осуждаются лица, совершившие преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 243 УК РФ, т.е. уничтожение или повреждение объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, включенных в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, выявленных объектов культурного наследия, природных комплексов, объектов, взятых под охрану государства, или культурных ценностей (рисунок 16). Каждый четвертый преступник осуждается за совершение квалифицированного вида данного преступления. Такое соотношение осужденных лиц объективно обусловлено, в частности, степенью распространенности особо ценных объектов культурного наследия и иных объектов, являющихся предметом данного преступления, и повышенным вниманием к их охране.
В то же время следует отметить отсутствие в статистической отчетности судебных органов данных о лицах, осужденных по статье 243.1 УК РФ (лишь за 2024 год содержатся сведения об осуждении одного лица). При этом отсутствие указанных данных не свидетельствует о фактическом отсутствии таких лиц. Это существенно усложняет объективную криминологическую оценку состояния преступлений, посягающих на объекты культурного наследия. Такая ситуация обусловлена спецификой методик и инструментов формирования статистики Судебного департамента при Верховном Суде РФ, в соответствии с которыми учет статистических данных о лицах, осужденных по всем составам УК РФ, осуществляется по наиболее тяжкому преступлению.
Наряду с приведенными характеристиками преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, исследование материалов уголовных дел позволило установить следующие данные о видах объектов культурного наследия, способах и последствиях посягательств на них, а также лицах, совершающих данные посягательства. Соотношение видов объектов культурного наследия, способов посягательств на них, характеристик лиц их осуществляющих и мотивации преступного поведения позволяют выделить отдельные виды исследуемых преступлений, что дает возможность с учетом факторов детерминации дифференцировать меры их предупреждения.
В преимущественном большинстве случаев имеет место посягательство объекты культурного наследия регионального значения (рисунок 17) и на такой вид объектов культурного наследия, как памятник, а в каждом десятом случае вред причиняется ансамблям (рисунок 18).
Большинство преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, совершаются в крупных городах. Данный факт обусловлен концентрацией объектов культурного наследия в крупных городах с большим числом населения. Для сельской местности более характерно посягательство на объекты археологического наследия и выявленные объекты культурного наследия.
В большинстве случаев в результате преступного посягательства имеет место повреждение объекта культурного наследия, реже имеет место уничтожение объекта культурного наследия (рисунок 19).
Характер наступивших в результате совершения преступления последствий определяется тем, что в большинстве случаев имеет место порча фасада, декоративных элементов здания, уничтожение, повреждение культурного слоя либо снос, обрушение здания или его реконструкция, перепланировка.
Указанные последствия наступают преимущественно в результате хулиганских действий, вандализма, а также производства земельных или строительных работ, в том числе ремонтных работ и иных действий.
Возможно выделить следующие основные категории субъектов совершения преступлений, посягающих на объекты культурного наследия:
1) собственник, иной владелец объекта культурного наследия, их представители;
2) лицо, осуществляющее профессиональную деятельность (строительство, реставрацию, земляные работы и пр.);
3) представители органов публичной власти, в том числе органов охраны объектов культурного наследия;
4) иные лица, не вовлеченные в сферу охраны объектов культурного.
Выявление категорий преступников с учетом дифференциации их преступной деятельности в зависимости от предмета и способа преступного посягательства указывает на необходимость выделения различных видов преступлений, совершаемых в отношении объектов культурного наследия, что имеет существенное значение при организации их предупреждения.
Заключение
Проведенный анализ основных показателей состояния преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, позволяет констатировать, что при увеличении показателя их регистрации и удельного веса от всех зарегистрированных преступлений, для них характерен крайне низкий уровень раскрываемости и удельный вес уголовных дел и материалов, находящихся в производстве, направляемых в суд с обвинительным заключением, обвинительным актом, обвинительным постановлением. Осуждается лишь треть выявленных лиц, совершивших преступления.
Наиболее часто преступным посягательствам подвергаются такие объекты культурного наследия, как памятники, а также объекты археологического наследия, регионального значения, расположенные в городах и мегаполисах; последствиями посягательства является повреждение объекта, а также уничтожение (утрата, повреждение) культурного слоя, наступившие в результате хулиганских действий, вандализма или производства строительных или земельных работ.
Преступления, посягающие на объекты культурного наследия, совершают лица: в возрасте 30 лет и старше; мужского пола; имеющие высшее профессиональное или среднее профессиональное образование; рабочие или лица без постоянного источника дохода; граждане РФ; жители данной местности; совершающие преступление единолично и в трезвом состоянии; каждый третий из которых ранее совершал преступление; являющиеся собственниками объекта культурного наследия (его представителем) или иные лица, обладающие признаками общего субъекта преступления; движимые корыстными мотивами или хулиганскими побуждениями.
Криминологическая практика показала, что значительная часть преступлений характеризуется высокой степенью латентности, поскольку о фактических масштабах их распространенности достоверно неизвестно ни правоохранительным органам, ни обществу. Учет латентности преступлений, посягающих на объекты культурного наследия, позволяет оценить масштабы и разнообразие криминальных угроз культурному наследию.
Проблемы оценки состояния преступных посягательств на объекты культурного наследия обусловлены сложностью конструкции соответствующих составов преступлений, прежде всего их бланкетностью, объективными трудностями и субъективными факторами, определяющими низкую эффективность деятельности правоохранительных органов по раскрытию данных преступлений и привлечению виновных к ответственности, сложностью и разнообразием данных преступлений, участием в их совершении специальных субъектов, на которых возложены обязанности по охране и сохранению данных объектов; недостатками современных комплексных методик выявления и расследования данных преступлений; сложностями надлежащей правовой оценкой данных посягательств, в частности, уголовно-правовой квалификацией; несовершенством форм и методов статистического учета данных деяний.
Учитывая значимость культурного наследия для общества, установление реального состояния преступных посягательств на объекты культурного наследия позволяет оценить масштабы и разнообразие криминальных угроз культурному наследию, соответственно, выработать эффективные криминологические, уголовно-правовые и иные меры защиты культурного наследия от криминальных угроз.
Список литературы
1.Игнатов А.Н. Об уровне преступности и деятельности правоохранительных органов. Часть 1 // Криминология: вчера, сегодня, завтра. Журнал Санкт-Петербургского международного криминологического клуба. 2012. № 2 (27). С. 48-59.
2.Игнатов А.Н. Об уровне преступности и деятельности правоохранительных органов. Часть 2 // Криминология: вчера, сегодня, завтра. Журнал Санкт-Петербургского международного криминологического клуба. 2013. № 1 (28). С. 92-97.
3.Игнатов А.Н. О биосоциальной природе преступности // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 14. Право. 2016. Выпуск 1. С. 63-73.
4.Игнатов А.Н. Механизмы образования латентной преступности // Уголовная политика и культура противодействия преступности. Материалы Международной научно-практической конференции. Редколлегия: А.Л. Осипенко, К.В. Вишневецкий, В.С. Соловьев [и др.]. Краснодар, 2022. С. 25-32.
5.Игнатов А.Н. Преступность как система // Гуманитарные, социально-экономические и общественные науки. 2024. № 9. С. 97-104.
6.Кургузкина Е.Б. К вопросу о криминологической характеристике преступности // Научный портал МВД России. 2008. № 2. С. 55-59.
7.Никулина В.А. Особенности объекта и предмета преступления, предусмотренного статьей 243.1 УК РФ // Вестник Воронежского государственного университета. Серия: Право. 2022. № 3 (50). С. 340.
8.Новикова Ю.В. Роль криминологической характеристики преступлений в борьбе с преступностью // Право и безопасность. 2009. № 4 (33).
9.Фомин С.А. Криминологические характеристики преступности и основные показатели характеристик преступности, ее отдельных групп и видов на современном этапе // Вестник Сибирского юридического института МВД России. 2018. № 1 (30). С. 94-103.
10.Шишова О.П. О проблемах оценки состояния преступных посягательств на объекты культурного наследия // Проблемы борьбы с преступностью и подготовки кадров для правоохранительных органов: тезисы докладов международной научно-практической конференции. Минск, 18-19 апреля 2024 г. Академия МВД. 2024. С. 183-184.
11.Ястребов В.Б. К вопросу о понятии криминологической характеристики преступлений // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 37. М., 1982.